ЦБ нашел у банков сомнительную валютную позицию

11.01.2012

Порядка двух десятков российских банков среднего размера имеют повышенные валютные риски и в случае колебаний курса у них могут возникнуть проблемы, считают в ЦБ. Однако сами банкиры полагают, что в открытой валютной позиции, которая захеджирована внебалансовыми сделками, нет ничего плохого, правда, если контрагенты нормальные.

У 15—20 российских банков существуют повышенные валютные риски, отмечает директор департамента банковского регулирования и надзора Банка оссии Алексей Симановский. По его словам, в прошлом году ЦБ поручил своим территориальным управлениям контролировать валютные риски поднадзорных банков. Как отметил г-н Симановский, ряд банков имеет довольно большую открытую балансовую валютную позицию, которую они закрывают сомнительными хеджирующими внебалансовыми позициями. «Мы хотим знать, насколько эти хеджирующие операции будут банками реализованы в случае неблагоприятного изменения курса.

Хотим знать контрагентов по этим хеджирующим позициям — если это экспортер, тогда понятно», — передает слова г-на Симановского ИА Новости.

В случае повышения валютных рисков ЦБ рекомендует снизить величину открытой балансовой валютной позиции. По словам г-на Симановского, эта проблема не несет угрозы для банковской системы в целом. Как отметил г-н Симановский, серьезное внимание ЦБ привлекает полтора-два десятка средних по размеру банков. «Никакого бедствия у них нет, но если курс изменится в невыгодном для них направлении, то у них могут возникнуть проблемы», — пояснил Алексей Симановский.

Как отмечает директор ЦЭИ МФПА Сергей Моисеев, случаи, упомянутые Алексеем Симановским, являются локальными. По словам г-на Моисеева, в целом банковский сектор имеет «околонулевую валютную позицию». «Объем активов в иностранной валюте соответствует объему пассивов в иностранной валюте», — пояснил г-н Моисеев. По его словам, крупнейшие банки достаточно хорошо сбалансированы. «Некоторые же банки пытаются камуфлировать свои валютные позиции фиктивными внебиржевыми срочными валютными контрактами и таким образом скрывают эту позицию, делая ее сбалансированной», — отметил г-н Моисеев.

Однако сами банкиры утверждают, что в большой открытой валютной позиции, которая захеджирована внебалансовыми сделками, нет ничего плохого, если контрагенты нормальные. «При желании ЦБ может проверить контрагентов. После 1998 года ЦБ запрашивал информацию о контрагентах по срочным сделкам», — отмечает начальник казначейства банка «Возрождение» Андрей Шалимов, подчеркивая, что в банке не дер­жат крупных длинных валютных позиций. «Мы еще до 2008 года, когда ситуация стала нестабильной, приняли решение не занимать сильных валютных позиций. Пока придерживаемся такой политики», — отметил г-н Шалимов.

уководитель казначейства Балтинвестбанка Иван Дедов отметил, что их банк проводит операции своп и на российском, и международном рынке, и с точки зрения существующей политики курсового риска эти операции в учете вызывают возникновение и балансовой, и внебалансовой позиции. «Сутью этих операций является привлечение одной валюты против другой. Мы значительную часть подобных сделок проводим с биржей ММВБ, вторую — с банками, которые являются крупнейшими операторами данного рынка», — отмечает г-н Дедов. По его словам, банк, который хочет открыть валютную позицию, несущую курсовой риск, теоретически может найти такого контрагента, с которым заключит контрсделку, и таким образом с точки зрения регулирования курсовой риск будет закрыт.

Некоторые банкиры также отмечают, что исказить картину валютных рисков кредитной организации могут резервы, которые банки формируют под валютные кредиты — они также отображаются как открытая валютная позиция.